Логин

-Ася, ты не можешь всю жизнь провести взаперти! – воскликнула Эрин, - жизнь ведь не закончилась! Нужно выбираться, бороться за себя!
читать дальше

Ася лежал с абсолютно непоколебимым видом, заткнув уши плеером и закрыв глаза.
-Ась, ну давай, пошли, - в комнату вошла Эдда, - Тебя никто не заставляет веселиться. Я же иду, хотя у меня случилось то же самое…

Ася, нарочито лениво потянувшись, сел и ответил:
-Видел то платье, которое ты приготовила. Красивое. Только дискотека-то не 50-х, а 90-х.

Эдда хотела что-то ответить, но вдруг…

-Зайчики мои! – подобно небольшому торнадо в комнату ворвалась Глория Эрида Гольдман, урожденная Девиссон.
Младшая сестра Эрин, Глория, всегда отличалась легким характером. Яркая, потрясающе красивая, обаятельная до безумия – она искрилась и заставляла мир вращаться вокруг себя. Когда Глории было семнадцать лет, отца пригласили на прием в посольство. Он решил взять с собой дочерей – нескладную Эрин, в то время страдавшую от неопределенности в отношениях с будущим супругом, и совершенно не похожую на подростка Глорию: у нее была хорошо оформившаяся фигура, красивое лицо и роскошные белокурые волосы.

Словом, появление на приеме этого чуда произвело фурор – непосредственная, но с безупречным воспитанием, девушка в один миг привлекла внимание всех мужчин, имевших неосторожность оказаться поблизости. Особенно девушку забавлял низенький, кругленький человечек в золотых очках и массивных дорогущих часах, казавшихся слишком большими для такого колобочка.
Он постоянно промокал лоб салфеткой и сглатывал, пытаясь решиться заговорить с ней. А потом кто то шепнул Глории, что этот «Воробышек», как окрестила его Глория, некто иной, как владелец трансконтинентального холдинга, итальянец Джакомо Падуччи.
Польщенная его вниманием, она, желая подлить масла в огонь, подошла сама и бойко заговорила по-итальянски (отец с детских лет заставлял дочек учить языки). И Воробышек пропал окончательно. В тот вечер они уехали вместе.
Отец хватался за голову – что же он наделал? Малолетняя дочь стала сожительствовать с мужчиной на сорок лет старше, к тому же женатым! Он хотел подать заявление о совращении малолетней, но что мог он, журналист, против бизнес - воротилы? Проблема заключалась еще и в том, что девушку никто не удерживал, и с этим отец ничего не мог поделать. Он пытался взывать к здравому смыслу самого Джакомо, но тот, ослепленный любовью, уверял, что сделает для «Этого божественного создания все!» А Глория тем временем почивала на лаврах в новом, купленном специально для нее особняке, и наслаждалась жизнью. Воробышек исправно потакал всем ее желаниям, а когда девушке исполнилось восемнадцать, увез ее в Италию.
Однако там Глория неожиданно изъявила желание учиться. Джакомо не возражал. Будто пытаясь компенсировать свое позорное, с ее точки зрения, положение содержанки, она выбрала медицину, а окончании университета стала работать в больнице для бедных. Все шло своим чередом, но спустя семь лет эта форма существования стала ее напрягать. Она поставила Джакомо условие - или свадьба, или расстаемся, и услышала ожидаемый ответ: "Ты прекрасный цветок, заслуживающий достойное окружение. А я, старик, не хочу ничего не менять"...
То ли от обиды, то ли от необходимости самоутвердиться, Глория ударилась в загул. Череда богатых красавцев, стран и слезы в подушку. Кончилось это ожидаемо - она забеременела. Она решительно рассказала об этом отцу ребенка, который тут же сделал ноги.
Она решила рожать. Вернулась домой, нашла работу - семья поддержала ее выбор. Трагедия случилась на пятом месяце. Выкидыш. Дальше - бесплодие.
Она бессильно плакала, и корила себя, понимая, что это - закономерное наказание за ее грехи.
Подобно раненому зверю, она пыталась жить, но получалось плохо.
Пока однажды не позвонил Адам Гольдман - друг детства. Они проговорили три часа, и она, рыдая, рассказала ему все. Про Джакомо, загул, выкидыш, бесплодие... Он слушал. Потом приехал.
Через год она вышла за него замуж.
-Мой любимый племянник! - всплеснула она руками, - Ты всерьез решил разбить мамино сердце? Ты твердо решил поставить на себе крест?
-Так, дамы, все! - замахал руками Ася, - Пойду! Насели, понимаете ли!


Ася, хлопнув дверью, вышел, а Глория плюхнулась на его место.
-Ну, девочки мои, рассказывайте, - начала она, но у Эдды заиграл мобильник.

-Мариус? - испуганно сказала Эдда, - Ты?
Она с растеряным видом слушала, что он ей говорит, но тут Глория жестом попросила дать ей телефон. Эдда повиновалась.

Включив громкую связь, Глория заговорила:
-Прелесть моя, сколько лет-сколько зим! Чем обязаны? - желчно спросила она.
-Хотел поинтересоваться у Эдды, что ей подарить на новый год, - Мариус даже немного растерялся.
-Моя прелесть, лучший подарок, который ты можешь для нее сделать - это сделать так, чтобы она тебя искала, - ответила Глория.
-Зачем же меня искать? Вот он я! - неудачно пошутил Мариус, явно струхнувший.
-А теперь послушай меня, ошибка природы. Если ты еще раз позвонишь моей племяннице, то нет, я тебя не убью. Но в сети неожиданно появится ролик "Мариус Пети зажигает", и, ей богу, тебе будет весело... Ой, как весело, - стальным голосом сказала Глория.
-Что за ролик? - испуганно спросил Мариус.

-Позвонишь - узнаешь, - ответила Глория и повесила трубку. Затем, обращаясь к племяннице, сказала, - Все. Полгода спокойствия тебе гарантировано.

Эдда уткнулась тете в плечо.
-Спасибо! - чуть не плакала она.
-Да пустяки, - усмехнулась Глория, немного растерявшаяся от приступа нежности.
-А что за видео? - решила уточнить Эрин.
-Да нет никакого видео, - ухмыльнулась Глория, - Хотя, судя по его реакции, есть. И я землю переверну, но его найду.
Эдда даже заплакала.
_____________________________________
продолжение следует.....
@темы: фотоистория
-Так, дамы, все! - замахал руками Ася, - Пойду! Насели, понимаете ли! Задавили, бедного, количеством
Спасибо, что комментируете, а то, ей богу, обидно.
Ничего, я думаю, это временное явление. В смысле, что мало комментариев.
Ну, да, Глория - девушка с характером, а не растеряная Эдда